Малолетка

[dadv]

Для вольного читателя слово "воры" может быть звучит укоризненно? Тогда он ничего не понял! Это слово произносится в блатном мире, как в дворянской среде "рыцарь", и даже еще уважительнее, не в полный голос, как слово священное. Стать достойным вором когда-нибудь - это мечта малолетки, это - стихийный напор их дружины. Да и самому самостоятельному среди них

- юноше, обдумывающему житьё, -

не найти жребия верней.

Как-то на ивановской пересылке ночевал я в камере малолеток. Рядом со мной на нарах оказался худенький мальчик старше пятнадцати, кажется Слава. Мне показалось, что весь обряд малолеток он выполняет как-то изневольно, будто вырастя из него или устало. Я подумал: вот этот мальчик не погиб и умнее, он от них скоро отстанет. Мы разговорились. Мальчик был из Киева, кто-то из родителей у него умер, кто-то бросил его. Слава начал воровать еще перед войной, лет девяти, воровал и "когда наши пришли", и после войны, и с задумчивой невесёлой улыбкой, такой ранней для пятнадцати лет, объяснил мне, что и в дальнейшем собирается жить только воровством. "Вы знаете, - очень разумно обосновывал он, - рабочей профессией кроме хлеба и воды ничего не заработаешь. А у меня детство было плохое, я хочу хорошо пожить." - "А что ты делал при немцах?" - спросил я, восполняя два обойденных им года - два года оккупации Киева. Он покачал головой: "При немцах я работал. Что вы, разве при немцах можно было воровать? Они за это на месте расстреливали."